Abstract
Политическая полиция Российской империи представляла собой конгломерат разного рода структур, отличавшихся между собой не только функционалом и социокультурным обликом служащих этих структур, но и взглядами на вопрос о границах публичности и общественно-политическими симпатиями в эпоху появления легальных политических партий. Статья посвящена анализу того, как проявилась эта разница во взглядах в истории с отстранением от должности севастопольского городского головы, предпринимателя и мецената А.А. Максимова в 1908 г., инициированным временным севастопольским генерал-губернатором, главным командиром Черноморского флота и портов контр-адмиралом Р.Н. Виреном. Отдельным аспектом исследования стали взаимоотношения местных (жандармское управление) и центральных (Департамент полиции, Корпус жандармов) структур политической полиции с другими органами власти и их руководителями, как военными, так и гражданскими: премьер-министром и министром внутренних дел П.А. Столыпиным, товарищем министра, заведующим полицией А.А. Макаровым, руководителем Главного управления по делам местного хозяйства Министерства внутренних дел С.Н. Гербелем, временным севастопольским генерал-губернатором Р.Н. Виреном. Кроме того, в статье выдвигается гипотеза о причинах отстранения от должности Максимова не из-за «политической благонадежности» (на текущий момент эта точка зрения является единственной в профильной литературе), а в связи с экономическими интересами Бельгийского анонимного общества трамваев и электрического освещения, которое совместно с заместителем Максимова в севастопольской городской думе Н.Ф. Ергопуло разработало проект электрификации города в противовес тому проекту электрификации, который предполагал реализовать сам Максимов. История с электрификацией Севастополя анализируется в контексте деятельности Главного управления по делам местного хозяйства Министерства внутренних дел и Совета министра внутренних дел.